Тарифы на электроэнергию в Москве и Московской области. 2007

Тарифы на электроэнергию в Москве и Московской области. 2007

Март
Тарифы на электрическую энергию, реализуемую ОАО «Мосэнергосбыт» потребителям города Москвы в марте 2007 г.
Тарифы на электрическую энергию для ОАО «Мосэнергосбыт», реализуемую потребителям Московской области в марте 2007 г.
Значения средневзвешенных регулируемых и нерегулируемых цен, соответствующих зоне деятельности ОАО «Мосэнергосбыт» по г. Москве и Московской области в марте 2007 г., и коэффициент либерализации
Февраль
Тарифы на электрическую энергию, реализуемую ОАО «Мосэнергосбыт» потребителям города Москвы в феврале 2007 г.
Тарифы на электрическую энергию для ОАО «Мосэнергосбыт», реализуемую потребителям Московской области в феврале 2007 г.
Значения средневзвешенных регулируемых и нерегулируемых цен, соответствующих зоне деятельности ОАО «Мосэнергосбыт» по г. Москве и Московской области в феврале 2007 г., и коэффициент либерализации

Январь
Тарифы на электрическую энергию, реализуемую ОАО «Мосэнергосбыт» потребителям города Москвы в январе 2007 г.
Тарифы на электрическую энергию для ОАО «Мосэнергосбыт», реализуемую потребителям Московской области в январе 2007 г.
Значения средневзвешенных регулируемых и нерегулируемых цен, соответствующих зоне деятельности ОАО «Мосэнергосбыт» по г. Москве и Московской области в январе 2007 г., и коэффициент либерализации

Электроэнергетика в Литве, Латвии, Эстонии - перспективы

Отношения России с Литвой, Латвией и Эстонией являются достаточно сложными не только в политической, но и в энергетической сферах. Бывшие прибалтийские республики распавшегося СССР – одни из наиболее активных приверженцев такой конфигурации политики энергетической безопасности ЕС, при которой рост влияния России на энергетику объединенной Европы рассматривается как прямая угроза.

Так, эстонский президент Хенрик Ильвес в интервью эстонской газете Postimees прямо заявил, что в отношениях с Эстонией Россия уже 15 лет использует энергетику как средство внешнеполитического давления и будет делать это и далее. А в Польше даже родился претендующий на новую глобальную доктрину термин «Речь Посполита энергетична» или «политика энергетической безопасности» (ПЭБ), которую живо разделяют многие балтийские политики. Идея заключается в том, чтобы выйти из зависимости от энергетической системы бывшего СССР. Именно в этих целях, согласно оценкам СМИ стран Балтии, Эстония по дну моря проложила кабель в Финляндию (проект Estlink). В будущем планируется протянуть такой же кабель от Латвии до Швеции и присоединить энергетическую систему Литвы к польской. Для снижения уровня зависимости от России Латвия сотрудничала с Эстонией и Финляндией в прокладке подводного кабеля из Финляндии через Эстонию, который позволил соединить энергосистемы Латвии и Эстонии с энергосистемами Скандинавских стран и сделать первый шаг к быстрейшему соединению энергосистем новых стран ЕС с западноевропейскими. Предполагается, что подобные «мосты» должны будут появляться повсеместно.

Напомним, что подводный электрический кабель высокого напряжения на постоянном токе связывает теперь финский город Эспоо с эстонским Таллином. В общем плане он содействует тому, чтобы сеть становилась стабильнее и чтобы избежать явлений перенапряжения, которые могут вести к отключению потребителей. Кабель годится также для того, чтобы подключать офшорные ветровые электростанции или морские буровые платформы к наземным сетям. Его длина превышает 105 км и мощность составляет 380 МВА.

С точки зрения комиссара ЕС по энергетике Андриса Пиебалгса подобное решение содействует тому, что страны Балтии перестают быть энергетическим «островом» в ЕС. Наряду с этим подобное соединение позволит не только повысить энергобезопасность этой части ЕС, но и организовывать торговлю электричеством между Балтией и Финляндией. Этим закладывается первый камень в разработанный эстонцами проект трансъевропейских энергосетей TEN-E.

Преимущество применения постоянного тока в данном случае связано, по мнению руководителя проекта главы компании АВВ Фреда Киндле, с тем, что убыстряется восстановление энергоснабжения после различного рода аварий и потери от передачи электроэнергии ниже, чем в высоковольтных сетях переменного тока. Кроме того, подобная технология считается более экологичной, так как не производит электромагнитных полей.

Однако не все так однозначно, как кажется. Помимо энергетического сотрудничества в рамках ЕС государства Балтии принимают активное участие в работе организации по сотрудничеству в энергетической сфере стран Балтийского региона, где участвует также и Россия. Особенно интенсивно такого рода сотрудничество развивается как раз в сфере электроэнергетики.

Международный комитет BALTREL был создан в 1998 году в целях развития сотрудничества в области электроэнергетики стран региона Балтийского моря и совместных работ по реализации проекта Балтийского электроэнергетического кольца (общего электроэнергетического рынка). Комитет объединяет 17 крупнейших энергокомпаний из Белоруссии, Германии, Дании, Латвии, Литвы, Норвегии, Польши, России, Финляндии, Швеции и Эстонии. Напомним, что при этом только Латвия является единственной страной балтийского региона, импортирующей электроэнергию для покрытия внутренних потребностей как из соседних республик, так и из России. Энергосистемы Балтии связаны с энергосистемами России и Беларуси линиями электропередачи переменного тока и работают в синхронном режиме (с единой частотой). Чтобы оценить возможность полного отделения энергосистем Балтии от ЕЭС России и ОЭС Беларуси и последствия такого отделения, необходимо провести, по оценкам экспертов РАО «ЕЭС России», серьезные исследования. Причем результаты исследований будут достоверными и объективными только в том случае, если эта работа будет проведена совместными усилиями специалистов всех заинтересованных стран. До сих пор такие совместные исследования не проводились.

Поэтому развитие странами Балтии генерирующих мощностей и сооружение линий электропередачи в страны Западной Европы не следует воспринимать как стремление к отделению энергосистем Балтии от ЕЭС России. Прежде всего эти меры направлены на повышение надежности работы энергосистем. Поскольку электрическая связь между Эстонией и Финляндией (Estlink) и проектируемые передачи в Швецию и Польшу используют технологию передачи электроэнергии на постоянном токе, ничто не препятствует одновременной работе энергосистем Балтии совместно с энергосистемами Скандинавии, Западной Европы, России и Беларуси.

Развитие генерирующих мощностей в энергосистемах Балтии улучшит надежность и устойчивость работы всех энергосистем Балтийского региона и Северо-Запада России и будет способствовать развитию взаимовыгодной торговли электроэнергией.

Более того, эксперты РАО «ЕЭС России» полагают, что именно Россия должна играть важную интегрирующую роль в реализации проекта Балтийского энергетического кольца в силу ее географического положения и энергетического потенциала. Таким образом, можно констатировать наличие своего рода «российско-балтийского парадокса». С одной стороны, страны Балтии в рамках ЕС выступают за снижение энергетической зависимости от России. С другой – объективно заинтересованы в развитии энергетического сотрудничества с нашей страной и российскими компаниями.

НГ

Тарифы на электроэнергию для малоимущих

Реформирование российской электроэнергетической отрасли вплотную подошло к решению одной из самых трудных проблем, возникшей в 1990-е годы, – проблемы перекрестного субсидирования, когда на всей территории России для крупных промышленных предприятий тариф на электроэнергию был установлен на более высоком уровне, чем для населения.

В советские времена перекрестного субсидирования в его сегодняшнем виде не существовало: тарифы на электроэнергию для населения были намного выше, чем для крупных потребителей, по причине существенно более высоких затрат на доставку электроэнергии населению по распределительным сетям и неравномерного суточного потребления.

Но сейчас ситуация в отрасли изменилась: создаются новые компании – генерирующие, сетевые, сбытовые и другие; постепенно увеличивается объем электроэнергии, продаваемой и покупаемой по нерегулируемым ценам, складывающимся под воздействием спроса и предложения. К 2011 году, согласно планам правительства России, по свободным ценам будет продаваться 100% электроэнергии на оптовом рынке, и эта свободная цена будет транслироваться на розничные рынки электроэнергии.

В настоящее время либерализация не касается населения: ему весь объем потребляемой электроэнергии поставляется по регулируемым тарифам, которые во многих регионах ниже экономически обоснованного уровня. Понятно, что при решении проблемы перекрестного субсидирования рано или поздно неизбежна оплата электроэнергии населением по экономически обоснованным ценам. В этих условиях одной из мер по социальной защите населения может стать введение социальной нормы потребления электрической энергии, в пределах которой население должно получать электроэнергию по льготным тарифам, а сверх нее – по экономически обоснованным. Ведь пока получается так, что при низких тарифах и хорошо обеспеченные потребители получают электроэнергию по льготным ценам. А потребляют они намного больше малоимущих. В итоге, по сути дела, субсидируются богатые.

Международная практика показывает, что социальная норма потребления служит основной цели – обеспечению населения электроэнергией для бытового потребления по доступным ценам. Это позволяет защитить наиболее уязвимые с социальной точки зрения категории населения и реализовать принцип социальной справедливости. И это, безусловно, соответствует государственным интересам, так как надежные и доступные услуги энергоснабжения необходимы для здорового и устойчивого развития любого общества.

Государства, входящие в Европейский союз, в соответствии с директивой Европейского парламента и Совета, принятой в 2003 году, обязаны обеспечивать бытовым потребителям (населению) поставки электроэнергии определенного качества по сопоставимым по величине, прозрачным и разумным ценам. Кроме того, они также должны принимать все необходимые меры по защите прав незащищенных групп потребителей на внутреннем рынке электроэнергии каждой страны.

С 2000 года социальная норма потребления успешно применяется во Франции. Несмотря на то что французский розничный тариф для потребителей – один из самых низких в Европе, для семей с низкими доходами предусмотрены скидки от 30 до 50% на оплату электроэнергии в пределах 100 кВт-ч в месяц.

В странах Центральной и Восточной Европы, где проблема занижения тарифов для населения за счет промышленных предприятий стоит не менее остро, социальная норма действовала и действует в ряде государств, например в Венгрии. Ее применение с 1997 года в виде блочного тарифа, когда определенному объему потребления электроэнергии соответствует определенный тариф, позволило существенно сократить объемы перекрестного субсидирования. Уже в 2005 году объем социальной нормы возрос с 50 до 110 кВт-ч в месяц в расчете на семью, и оплачивается он фактически по экономически обоснованному тарифу.

Социальная норма также применяется в таких государствах, как Китай, Индия, Египет, Бразилия, ЮАР и других.

В России социальная норма потребления используется в ряде регионов с 1996 года. Однако из-за того, что в федеральном законодательстве не содержится ни требования о ее обязательном применении, ни методик расчета, на региональном уровне социальная норма применяется хаотично.

Исследования показывают, что под социальной нормой в регионах понимается в основном норматив потребления электроэнергии, который на самом деле служит для расчетных целей. С помощью норматива определяют объем потребления при отсутствии счетчиков, а также производят расчет льгот и субсидий на оплату жилищно-коммунальных услуг. В то время как социальная норма в первую очередь является мерой по социальной защите населения в условиях либерализации электроэнергетической отрасли и ликвидации перекрестного субсидирования.

Произвольный характер определения социальной нормы приводит как к завышению, так и к занижению объема социальной нормы, что не отражает реальных объемов электропотребления населением и ложится тяжелым бременем на региональные и семейные бюджеты, в то же время не решая проблемы перекрестного субсидирования.

В 2006 году социальная норма действовала в 11 регионах, среди них Краснодарский и Красноярский края, Нижегородская, Пензенская, Самарская, Свердловская области и другие. Везде ее уровень отличается – от 30 до 350 кВт-ч электроэнергии в месяц на семью. Однако для социальной защиты всего населения в условиях ликвидации перекрестного субсидирования необходимо применение социальной нормы на всей территории России.

Но даже при повсеместном введении социальной нормы представляется разумным постепенный переход от социальной нормы потребления к адресной бюджетной поддержке только малоимущей категории населения – именно такая практика наилучшим образом зарекомендовала себя в других странах при ликвидации перекрестного субсидирования.

Опубликовано в Независимой Газете

LNG и NGH как альтернатива нефти

Японцы закрепляют в лексиконе энергетиков новые понятия

Об авторе: Николай Петрович Тебин - научный сотрудник Центра исследований Японии Института Дальнего Востока РАН.

Снижение зависимости энергетики страны от нефти и от какого-либо региона ее поставок ставится основной задачей обеспечения энергетической безопасности Японии в документе «2005. Энергия Японии» Министерства экономики и промышленности Японии. В нем констатируется, что в обеспечении энергией Япония все еще на 50% зависит от нефти, и при этом 90% ее поступает с Ближнего Востока.

Доля нефти в энергетическом балансе Японии к мировому нефтяному кризису 1973 года достигла 72%. Кризис показал, сколь опасна подобная зависимость, и подтолкнул Японию к диверсификации энергоресурсов, к развитию технологий энергосбережения на всех уровнях и во всех сферах. С 1973 года потребление нефти на энергетические нужды сократилось на 8%, а поставки энергии за счет газа увеличились в 13 раз, угля – в 2 раза. Для Японии при незначительных разведанных запасах газа на своей территории и с учетом географических условий расчет делается прежде всего на импорт сжиженного природного газа LNG (liquefied natural gas).

Ставка на сжиженный газ

Поставки LNG в Японию начались еще с 1969 года, но это была скорее отработка технологических процессов в расчете на перспективу. В 1972 году, последнем году перед нефтяным кризисом, на LNG приходилось всего 0,38% от общего потребления энергии в стране, в 1980 году уже 6,4%, и лишь в 1990 году LNG преодолел 10% рубеж в общем энергетическом балансе страны.

В последние 15 лет поставки LNG в страну осуществлялись по долгосрочным контрактам и были стабильными в объемах около 55 млн. тонн в год. Около трети этих объемов поступало из Индонезии, Малайзии, Австралии. До середины 1990-х годов добываемый в этих странах газ направлялся в основном в Японию. Однако с ростом цен на сырую нефть уже при цене нефти в 25 долл. за баррель потребителям во многих странах стало более выгодным переходить на газ, расширять импорт LNG.

В японской печати отмечается, что Китай, Индия и США быстро развивают инфраструктуру для приема LNG. Эта тенденция усиливается из-за необходимости для присоединившихся к Киотскому протоколу стран учитывать экологический фактор при выборе характера топлива, например для тепловых электростанций. Газ более экологичен в сравнении с другими видами топлива. Считается, что спрос на LNG будет расти, а с ним и трудности с заключением обеспечивающих стабильность долгосрочных контрактов на поставку энергоносителей, в том числе и LNG.

Из Индонезии по таким контрактам шести японских энергетических корпораций с индонезийской государственной нефтегазовой корпорацией ежегодно поставляется в общей сложности 14,54 млн. тонн LNG. Однако контракты заканчиваются в 2010–2011 годах, а на переговорах по их продлению, которые ведутся с начала 2006 года, возникли проблемы. При этом на второй план отступало то, что импортная цена LNG в Японии всего за пять лет с 2001 года по настоящее время увеличилась в два раза – с 250 до 500 долл. за тонну. На первый план на японо-индонезийских переговорах выступили объемы поставок. Японская сторона рассчитывала договориться о получении хотя бы 12 млн. тонн LNG в год, но индонезийцы утверждают, что из-за роста внутреннего спроса на газ в стране и устаревшего оборудования трудно обеспечить прежние объемы поставок газа на экспорт, гарантировать Индонезия может лишь половину этого объема. По всей вероятности, во втором десятилетии текущего века из Индонезии в Японию будет поставляться всего 6 млн. тонн LNG, а это меньше 10% от 58 млн. тонн импортированных Японией в 2005 году объемов LNG. В стратегии обеспечения страны газом внимание обращено прежде всего на такое звено, как его транспортировка. Пока наиболее эффективным является перевозка LNG. Однако для перевода газа в жидкое состояние необходимо охлаждать его до минус 162 градусов по Цельсию. Поэтому для транспортировки LNG нужно сложное оборудование по его производству и хранению, специальные танкеры и такое же по сложности оборудование в портах разгрузки.

Новые технологии

Сократить транспортные расходы можно за счет изменения технологий. С этой целью под эгидой правительства Японии начата проработка возможностей перевозки морскими путями природного газа в твердом состоянии или NGH (natural gas hydrate). NGH выглядит как лед, получается из смеси природного газа и воды под большим давлением. Разновидностью NGH является метан-гидрат, который часто называют «горючим льдом». NGH переходит в твердое состояние при температуре минус 20 градусов по Цельсию. Поскольку требуемая для хранения и транспортировки NGH температура много ближе к природной, чем в случае с LNG, то и оборудование для получения NGH, и специальные суда для его перевозки менее дорогие, чем для транспортировки LNG. Считается, что в сравнении с LNG первоначальные инвестиции при организации регулярных линий доставки газа в виде NGH можно сократить по крайней мере вполовину.

Япония считается лидером в исследованиях NGH. Важным преимуществом NGH является то, что становится рентабельным его доставка с месторождений в странах Юго-Восточной Азии с небольшим и средним дебитом. Многие из таких месторождений в настоящее время не разрабатываются, поскольку нерентабельно прокладывать от них трубопроводы к крупным заводам по получению LNG. У Японии хорошие перспективы довести работы с NGH до коммерческого уровня и много раньше других стран начать разработку таких месторождений. Уже к 2008 году, сообщают японские газеты со ссылкой на правительственные круги, могут начаться коммерческие поставки NGH в Японию из стран ЮВА. Осуществление проекта существенно увеличит возможности Японии в конкурентной борьбе за энергетические ресурсы с Китаем, Индией и другими странами региона.

По подсчетам экономистов, при сравнении NGH с LNG по показателю «стоимость–эффективность» перевозки газа с использованием технологий NGH более выгодны при маршрутах до 6000 км. Поэтому правительство Японии надеется, что NGH будет использоваться при освоении средних и малых месторождений природного газа в Индонезии, Брунее и других странах ЮВА. В то же время технологии LNG оказываются более предпочтительными при транспортировке больших объемов газа на большие расстояния.

В настоящее время несколько ведущих японских судостроительных компаний, а также Национальный институт морских исследований уже прорабатывают проекты специальных танкеров для транспортировки NGH.

Опубликовано в Независимой Газете

Россия живет без закона о ВИЭ (возобновляемые источники энергеии)

Наша энергетика в отличие от других стран пока живет без закона о ВИЭ

Валентин Борисович Иванов – председатель подкомитета по возобновляемым источникам энергии комитета Госдумы по энергетике, транспорту и связи.

Доля возобновляемой энергетики (без учета гидроэнергетики) в энергобалансе России недопустимо мала и не превышает 1%, в то время как в развитых странах Европы удельный вес возобновляемых источников энергии (ВИЭ) в десятки раз выше. Такое положение дел во многом предопределено многократно воспроизводимым мифом о неисчерпаемости природных кладовых России. Председатель подкомитета по возобновляемым источникам энергии комитета Госдумы по энергетике, транспорту и связи Валентин Иванов не питает иллюзий по поводу скорого инновационного развития российской энергетики.

– Валентин Борисович, я видел, как на Кунашире гнили дорогой голландский ветряк и геотермальная станция, которую не удавалось затащить на гору к источнику. Мне представляется, что внедрению энергетических инноваций в России препятствует наша ментальность. Реэнергетика не воспринимается всерьез ни населением, ни властью, ни бизнесом. Можно ли при соответствующей подаче и правильном законодательном обеспечении добиться того, чтобы люди увидели и оценили преимущества ВИЭ?

– Вы правы, восприятию реэнергетики в общем и ВИЭ в частности мешает наша ментальность. Бескрайние просторы России, помноженные на постоянную декларацию якобы несметных запасов газа и нефти, сыграли свою печальную роль. Всерьез надвигающихся проблем дефицита топливно-энергетических ресурсов исполнительная власть не чувствует. Что же вы хотите от населения? Оно привыкло, что голубой огонек – в каждом доме, и это воспринимается чуть ли не как символ благополучия: если газ есть у соседа, то он непременно должен быть и у меня. Такое мироощущение сегодня у большинства россиян. И оно не изменится без соответствующей пропагандистской кампании и, увы, определенных принудительных мероприятий.

– И как вы себе их представляете?

– Элементарная брошюра для владельца дома с предисловием президента РФ. Так устроена Россия. Все ждут указующего перста от самой высокой власти. Это элемент российского менталитета, он неистребим. Наша тактика построена на том, чтобы «гнать волну» о необходимости продвижения ВИЭ наверх до администрации президента, а если повезет, то и до самого Путина.

– У вас есть уверенность, что из Кремля будет-таки подан знак? Или активная позиция вашего подкомитета не более чем отчаянная инициатива одиночки-депутата и сотоварищей?

– Посыла нет, что печально. И моя деятельность до конца полномочий, а в следующем созыве Госдумы я оказаться и не надеюсь, направлена на то, чтобы люди услышали о существовании проблемы.

Как объяснить моим согражданам, что Россия упускает драгоценное время, не внедряя инновации, признанные во всем мире, если министр промышленности и энергетики РФ во всеуслышание заявляет, «что господь дал нам нефть газ, а стало быть, нет стимула развивать возобновляемую энергетику»? О каких инновациях, о каком прогрессе в России можно говорить?!

– Расскажите, как все начиналось...

– В 2005 году при непосредственном участии председателя комитета по энергетике, транспорту и связи Валерия Язева была создана рабочая группа для разработки концепции законопроекта о государственной поддержке возобновляемой энергетики. Вскоре документ, основанный на анализе мирового опыта, был подготовлен. Конечно, он был сырой и нуждался в профессиональной доработке. Мы понимали, что без поддержки государства, в том числе и бюджетной, законопроект не осилить, и обратились за помощью в правительство. Я пришел на прием к директору департамента ТЭК Минпромэнерго Анатолию Яновскому с просьбой поддержать концепцию и одновременно стать субъектом законодательной инициативы при разработке нового федерального закона. И получил отказ. Госчиновник посоветовал мне обратиться к вышестоящему начальству, вице-премьеру Александру Жукову, дабы тот внес наше предложение в план законодательной инициативы. И еще Анатолий Борисович посоветовал нам самим добиваться воплощения в жизнь концепции, не забывая, что существует также законопроект РАО «ЕЭС России», во многом дублирующий наши идеи.

– И что это за документ?

– Он был подготовлен в недрах «Гидро-ОГК» на средства РАО «ЕЭС России» в канве немецкого природоохранного и энергетического законодательства. Законопроект энергетиков вводит понятие «зеленый сертификат», субсидии до 2015 года, другие законодательные механизмы, широко применяемые в мире. Мы познакомились с разработчиками документа и приняли решение совместными усилиями продвигать и дорабатывать этот достаточно серьезный правовой акт. Но шансы на то, что он вырастет до федерального закона, необычайно малы, если не сказать – равны нулю. Дело в том, что законопроект «заехал» в Госдуму не правильным путем, не с подачи исполнительной власти, а как частная инициатива РАО «ЕЭС России», а такие документы не имеют никаких шансов трансформироваться в закон. К слову сказать, как и наша концепция.

– И как развивались события?

– Текст передан зампредседателя комитета по энергетике Юрию Липатову, но пока лежит без движения. Сегодня ничто не предвещает смены вектора энергетической политики, проводимой руководством страны. Нам выгоднее вести бесконечные дискуссии вокруг и около ВИЭ, чем получить отрицательный отзыв правительства. Во-первых, он на долгие годы перечеркнет любые попытки вернуться к рассмотрению законопроекта, а во-вторых, обозначит несостоятельность нынешнего кабинета министров. Я не готов вступать в бой с представителями исполнительной власти, поскольку не понимаю и не могу объяснить, почему в стране проводится до такой степени недальновидная энергетическая политика.

– Как вы оцениваете перспективу построения взвешенного энергетического баланса, где реэнергетика займет достойное место?

– В меня вселяет оптимизм то, что очень многие представители газовой и нефтяной отраслей пришли к пониманию того, что углеводородные ресурсы все-таки исчерпаемы и сегодня, когда в бюджете появились деньги, стоит инвестировать их в энергетику будущего. Они приходят к нам, предлагают проекты. Так, кстати, делают во всем мире – транснациональные корпорации Shell, ExxonMobil и многие другие западные компании. У нас ситуация иная. Внутри правительства нет никакого системного движения в направлении формирования топливно-энергетического баланса, включающего энергопотери и энергию возобновляемых источников. Этим очевидным для специалистов мерам обеспечения энергетической безопасности не удается преодолеть «бермудский треугольник» Христенко–Греф–Кудрин.

Опубликовано в Независимой Газете